Марина Казанцева - Перекрёстки времени[СИ]

Забрав из руки Финиста свой меч, он напоследок оглядел гробницу, как будто теперь уже навсегда прощался с огненным князем. И направился, переступая через горелые кости неудачливых охотников за камнями исполнения желаний, на выход - обратно, в ту комнату, куда попал вначале. Нет никакого понятия как выбраться отсюда, но была полная уверенность, что Финист позаботился об этом. Это непрошенным гостям одни препятствия. Так оно и вышло.

По возвращении в комнату с четырьмя окнами, Лён увидел, что одно из них больше не прозрачно: проем его заполнял цветной стеклянный витраж, на котором был изображён сам Лён. Уже не сомневаясь, дивоярец вскочил на низкий подоконник и приник к своему изображению. Мгновенная перемена обстановки - и вот он снова в своей потайной комнате в Дивояре, на этот раз с добычей - с сундуком, полным эльфийских кристаллов.

Открыв сокровищницу, он увидел россыпь пронзительных зелёных огней, среди которых вкраплениями выделялись тёмные включения - это кристаллы, в которых заключены чьи-то души. Сколько ж лет эти несчастные томились тут и дожидались своего часа? На этот вопрос у Лёна не было ответа, потому что он не знал, что делать с такими кристаллами. И сумеют ли их жильцы когда-либо освободиться из своего плена, как некогда сумела это сделать Гранитэль. Но это уже потом, а сейчас он должен без промедления забрать ещё два клада - от Елисея и Гедрикса.

Как просто всё оказалось! Его предшественники всё уже сделали, и ему только остается пройти сквозь витражи-порталы и забрать собранные ими кристаллы!

Нисколько не сомневаясь в успехе, Лён поднялся на подоконник того витража, на котором был изображён прекрасный юноша со светлыми волосами и волшебным взглядом синих глаз - это был Елисей. Точно также приник Лён к его лицу, и заглянул сквозь зрачки королевича в тот мир, где тот оставил свое послание. И вот минует неощутимую преграду - тот витраж, границу между мирами.

Чудесный замок встретил его на той стороне портала. Прекрасные светлого, пронизанного светом камня, стены и широкие окна, в которые льётся мягкий свет, играющий отблесками моря. Здесь веет свежим ветром и слышен шум волн, доносящийся снаружи. Блестящий полированный пол как будто залит стеклом, под которым живым узором трепещут водоросли. Коралловые кружева покрывают сводчатые потолки и оплетают тонким узором мраморные колонны.

За великолепной аркой открывается второй зал, за ним - третий, и вот очарованный гость попадает в место, которое пробуждает в нём воспоминания. О, он помнит его! Он знает где это! Он был тут! Да, эти увитые каменными цветами арки и фигурные столбы, поддерживающие ажурную крышу! Эти раковины вместо ваз, и рисунок пола! И этот трон, искусно сделанный из жемчуга и кораллов! В это место некогда попал он, когда плыл на каравелле с названием "Фантегэроа" через море Неожиданностей! И был он тут ранее - вместе с Нияналью, когда пускались они в ночные плавания по волнам любви! Да, это морской замок, где жили его старые друзья, морские обитатели - планеты Океан! Но где они все? Почему его никто не встречает?

В волнении Лён обежал залы и вышел на открытую террасу, где и увидел лестницу, ведущую вниз - беломраморную ленту, извивающуюся среди уступов и бегущую к воде. Всё было так, как в тот день, когда высадился он тут с моряками с "Фантегэроа"! Но пусто нынче здесь, и нет следа той весёлой толпы, в которой веселились они с Нияналью. Лишь ветер всё тот же, и солнце светит так же ласково и нежно, и воздух так же чист и свеж.

Печальный, пошёл он вниз по лестнице, надеясь увидеть резвящихся в воде русалок и тритонов. Ступени привели его к воде, и уходили дальше, вниз - в прозрачную аквамариновую глубину - там что-то неясно светилось среди колышащихся водорослей и беспечно плавающих рыб.

Чем больше всматривался Лён, тем больше понимал: ему нужно туда - вниз. Спустившись по ступеням, он погрузил в воду лицо и попытался рассмотреть - что же там, куда ведёт эта узкая лестница? Да, там что-то было, но длинные водоросли, плавно колышащие по течению своими зелёными листьями, мешали рассмотреть.

Оттолкнувшись от ступеньки, он нырнул и что было сил принялся грести ко дну. Здесь не слишком глубоко - для опытного ныряльщика, но Лён не настолько хороший пловец, чтобы достичь дна и продержаться без воздуха хоть пару минут. Прежде чем вынырнуть, он успел рассмотреть очертания человеческой фигуры, сидящей на кресле перед большим предметом, а дальше пришлось скорее выгребать наверх. Там, на беломраморных ступенях, он отдышался и стал думать как быть ему.

Случилось как-то раз, когда он обратился в рыбу, но было это в момент сильного душевного напряжения, когда ему грозила смертельная опасность. Вот тогда, в подземном ходе Дерн-Хорасада, к нему пришло неожиданное умение обращаться в нужную форму. Тот, кто иногда внезапно просыпался в душе Лёна, вот он владел превращениями в любую форму. Чем сложнее обращаться в рыбу, нежели в сокола, ёжика, сову?

Поднявшись с места, он снова нырнул в воду и грёб вниз до тех пор, пока не кончился в лёгких кислород, и в тот момент, когда начало темнеть в глазах, пришла неожиданная лёгкость и вместе с тем новое ощущение своего тела. Вода стала для него естественной стихией, как воздух для человека. И, оглянувшись назад, он увидел вместо ног широкий сильный хвост - он стал морским тритоном!

Сильными гребками рук и ударами хвоста он легко достиг дна и обнаружил там то, что искал. Вырезанная из голубого камня фигура в рост человека, сидящего на каменном сидении в окружении живописного морского сада - в этом склонённом лице Лён без труда узнал Елисея, сына двух стихий - воды и ветра. Но изумляться прекрасной, как живой скульптуре было некогда, потому что внимание привлекло кое-что другое.

Тритон, парящий над маленьким морским садом, окружающим скульптуру, выпустил изо рта гроздь пузырьков и вместе с тем под водой раздался невнятный вопль. Хвостатое существо ринулось к огромной раковине, лежащей у ног статуи - к ней был направлен задумчивый взор таинственного каменного человека. Большая двустворчатая раковина, похожая на тринидадского моллюска, была полуоткрыта - верхняя створка сдвинута. Вцепившись в неё перепончатой ладонью, тритон с силой рванул её и сбросил на песок. Внутри раковины было пусто.

Выползающий на ступени лестницы получеловек-полурыба быстро претерпевал изменения: его блистающий чешуей хвост быстро расходился на две ноги, и вот под мягким солнцем планеты Океан уже сидит на ступенях голый человек.

- Она пуста! - ошеломлённо говорит он непонятно кому, машинально потирая быстро сохнущие под ветром руки.